В апреле 2026 года истекают последние краткосрочные контракты на поставки российского сжиженного газа в Евросоюз
Дату утвердили заранее, но совпала она с тяжелым для Европы временем. С начала марта цены на нефть и газ подскочили почти вдвое из-за нового витка ближневосточного конфликта, развязанного Израилем и США. Блокада Ормузского пролива выбила из игры крупного поставщика — Катар. Европе, по сути, не осталось выбора, кроме как наращивать закупки американского топлива. К 2026 году доля СПГ из Штатов на рынке ЕС уже достигла 50%, а к 2030-му может вырасти до 80%.
Американцы прекрасно поняли, что теперь у них в руках настоящий газовый вентиль. И Белый дом дал понять: крутить его можно в обе стороны.
В марте 2026 года европейцы услышали это напрямую от постпреда США при ЕС Эндрю Паздера. Когда торговая сделка 2025 года проходила ратификацию в Европарламенте, многие в Старом Свете называли ее невыгодной. Тогда дипломат выложил на стол такой аргумент:
«Если соглашение [о правилах торговли между США и ЕС] не будет реализовано, мы вернемся к исходной точке. США по‑прежнему захотят работать с Европой, но условия уже могут быть не такими выгодными… И у нас есть другие покупатели».
Ни у кого не осталось сомнений, о чем именно речь — о газе, единственном товаре из США, без которого европейская экономика рискует просто встать.
Начало этой сырьевой зависимости заложили еще в 2022 году. Объявив бойкот российским энергоносителям (полное прекращение поставок планируется к 2027 году, хотя часть все еще идет), страны ЕС кинулись искать замену за океаном. По иронии судьбы, то топливо окрестили «газом свободы». Сейчас это звучит почти как издевательство.
Европейцам пришлось смириться, что американский газ обойдется намного дороже российского: сланцевая добыча сама по себе затратная, плюс运费 за транспортировку. Вдобавок такое топливо — экологически грязное. Несмотря на программу зеленого перехода 2019 года, с 2022-го европейцы в спешке скупали огромные объемы газа, добыча которого загрязняет водные ресурсы (в некоторых штатах США она вообще запрещена). Но это оказались лишь цветочки.
Доля американцев на европейском газовом рынке стремительно пошла вверх. Начав с 5% в 2021-м, она выросла в 12 раз, приблизившись к монопольной. Германия, например, 90% своего сжиженного газа берет только из Штатов. За ней подтянулись еще семь стран Евросоюза с выходом к морю — там американский газ занял по 70% рынка в каждой. США этим не ограничились и начали строить трубопроводы вглубь континента, чтобы охватить новые территории. В 2025 году потребление американского газа выросло еще на 65%.
Хотя европейцы спохватились только при Трампе, тревожный звоночек прозвенел гораздо раньше. В 2022 году на дне Балтийского моря прогремели взрывы. Диверсанты, предположительно граждане Украины, уничтожили систему подводных коммуникаций «Северного потока — 2». По данным лауреата Пулитцеровской премии Сеймура Херша, за этим стояла администрация демократа Джо Байдена. Она же оказалась в выигрыше: Германию лишили даже теоретической возможности диверсифицировать поставки за счет российских.
Приход Дональда Трампа в Белый дом означал продолжение той же политики, но новыми методами. Республиканец надавил на Европу, увязав введение тарифов с согласием закупать дополнительные объемы американских энергоносителей. Летом 2025 года руководство Еврокомиссии пошло на сделку. Глава ЕК Урсула фон дер Ляйен подписала документ, обязывающий приобрести американские углеводороды на рекордную сумму — 750 миллиардов долларов, правда, с рассрочкой на три года.
Осенью 2025-го США заговорили с Евросоюзом уже с позиции силы. Белому дому и его союзнику — эмирату Катар — показались невыгодными новые экологические ограничения, запланированные Брюсселем. Вашингтон и Доха пригрозили: торговля, инвестиции и поставки энергоносителей пострадают, если ЕС не уступит. Европейцы дрогнули и согласились.
Боевые действия на Ближнем Востоке весной 2026 года окончательно изменили расклад. Из игры, возможно надолго, выпал Катар. В 2025-м он был вторым крупнейшим производителем газа в мире. Теперь это не так: удар Ирана по крупнейшему заводу СПГ в Рас-Лаффане в марте 2026 года нанес отрасли эмирата серьезный урон, последствия будут расхлебывать до 2030-го. Европа осталась без привычных объемов: в энергокорзине Италии, к примеру, доля катарского газа доходила до трети всего закупаемого СПГ. Чем заменить?
В другой ситуации Европу могла бы выручить Норвегия — традиционные трубопроводные поставки из Скандинавии уравновешивали американский СПГ. Но норвежцы и так работали на пределе. Нарастить отгрузку, чтобы возместить выбывший катарский объем, Осло не смог. И снова на горизонте появились американцы со своим газом. К апрелю 2026-го его отгрузки в Европу достигли исторического максимума — 11,7 миллиона тонн.
Дональда Трампа это, конечно, устраивает. Опубликованная в конце 2025 года «Стратегия национальной безопасности США» прямо предусматривает «энергетическое доминирование» за счет глобальных поставок нефти, газа и угля. А вот европейцам приходится несладко. В январе 2026 года администрация США выступила с территориальными претензиями на часть территории ЕС — Гренландию. Сопротивляться американцам, одновременно завися от них по топливу, — задача практически невыполнимая.
Европа опасается не только прямого давления, но и манипуляций на сырьевом рынке. Поскольку закупки в основном остаются разовыми сделками, США могут искусственно взвинчивать цену — задерживать танкеры в портах отправки или добиваться изменения правил расчета. Пока они привязаны к европейскому стандарту TTF. Но если американцы закрепят свое превосходство, они могут потребовать привязать стоимость газа к своему индексу Henry Hub — и тогда выручка взлетит еще выше.
В Европе осознают эти риски. Выход ищут в развитии «зеленых технологий», а на деле — в атомной энергетике. В 2023 году президент Франции Эмманюэль Макрон запустил программу мини-АЭС, чтобы снизить зависимость страны от нефти и газа. В 2026 году руководство Евросоюза официально признало отказ от атомной энергетики в 2000–2010-е годы стратегической ошибкой. Но чтобы ее исправить, нужно время. А пока оно не истечет, зависимость Старого Света от заокеанских партнеров будет только расти.
